Непотопляемые строители инфраструктуры

 

Почему российские строители инфраструктуры уверенно наращивают доходы на фоне остальной падающей экономики

Доходы западных подрядчиков, строящих дороги или электростанции, исчисляются десятками миллиардов евро, российских—на порядок меньше. Для наших крупных предпринимателей строительство инфраструктуры, как правило, скромный довесок к основному бизнесу. Но оказалось, что в кризис строить инфраструктуру надежнее и выгоднее, чем добывать уголь или выплавлять металл.

НАСЛЕДСТВО БРЕЖНЕВА

Взять, например, Олега Дерипаску. Из-за кризиса его активы обесценились, долги выросли. Цены на алюминий упали вдвое, задолженность UC Rusal составляет $17 млрд. Чтобы расплатиться скредиторами, Дерипаска распродает активы—банк «Союз», долю в канадской Magna идр. Ахолдинг «Трансстрой», который Дерипаска выкупил у бывшего главы Минтрансстроя СССР Владимира Брежнева (дальнего родственника знаменитого генсека), между тем процветает. Консолидированная выручка «Трансстроя» впрошлом году составила 46 млрд руб. «В2009г. мы прогнозируем рост выручки примерно на 10%»,—говорит первый замдиректора холдинга Вячеслав Климов.

«Трансстрой» чувствует себя уверенно за счет государственных заказов, набранных еще в прошлом году. Это железная дорога в Якутии (34,5 млрд руб.), стадион ФК «Зенит» в Петербурге (13 млрдруб.), морской порт и участок объездной автодороги в Сочи (в сумме 14 млрд руб.) идр. Учитывая значимость этих проектов для государства, их финансирование из-за кризиса приостановлено не будет. Арассчитаны стройки на несколько лет.

Вот с новыми заказами сложнее. Проекты в транспортном строительстве, как правило, финансируются из трех источников—федерального бюджета, Инвестфонда РФ и региональных бюджетов. Из-за кризиса правительство почти вдвое урезало бюджет Инвестфонда. В региональных бюджетах не хватает денег, идет секвестрирование. Инфраструктурные проекты попадают под нож одними из первых. Зато федеральное финансирование пока сохраняется. Мелкие подрядчики в таких условиях могут остаться без работы. Но «Трансстрой», у которого есть опыт, собственные проектировщики, строители ивлиятельный акционер, рассчитывает на новые контракты. Особенно по строительству олимпийских объектов в Сочи. Здесь финансирование гарантировано. Правда, ожидается масса иностранных конкурентов—из Австрии, Финляндии, Турции и др.

СТРОИТЕЛИ ИЗ «ЕВРАЗА»

Другой пример—Evraz Group. В конце прошлого года из-за кризиса компания более чем на треть сократила производство угля истали. За последние полгода капитализация «Евраза» упала в 12 раз. Пакет основателя и главы совета директоров компании Александра Абрамова (25%) подешевел с $10 млрд в июле до $780млн сейчас. Зато у Абрамова и его партнера, президента «Евраза» Александра Фролова, есть инфраструктурная компания—Энергостройинвест-холдинг. Это крупнейший подрядчик по строительству магистральных ЛЭП, сетей и электростанций. Они купили его в 2006 г. на деньги, вырученные от продажи доли вEvraz Group Роману Абрамовичу. «Акционеры сделали достаточно разумное вложение своих денег,—говорит замдиректора Энергостройинвест-холдинга Александр Суперфин.—Инфраструктурный бизнес во многом защищен от кризисов».

Дело не только в том, что Энергостройинвест-холдинг уже набрал контрактов примерно на 100млрдруб. Государство согласилось помочь частным собственникам энергетических компаний. Под предлогом кризиса частники склонны были вообще отказаться от выполнения инвестиционных программ. Мол, чистая приведенная стоимость проектов теперь получается отрицательной. Да и потребление электроэнергии из-за кризиса упало. Нужны ли новые мощности? Но правительство включило практически все компании электроэнергетики в «список Путина», чтобы помочь им дешевыми кредитами. «Сроки ввода новых мощностей, вероятно, перенесутся где-то на 20%,—оговаривается Александр Суперфин.—Какие-то тендеры переедут на следующий год». Тем не менее в 2009 г. Энергостройинвест-холдинг рассчитывает увеличить как выручку, так и портфель заказов.

В энергостроительном бизнесе есть своя синергия: опоры ЛЭП делают из стали, в том числе евразовской. Но самая сильная сторона Энергостройинвест-холдинга—собственные проектные центры в Петербурге и на Урале. В мае 2008 г. холдинг купил их у РАО ЕЭС, заплатив рекордные 6,55млрдруб. Борьба на торгах была ожесточенной: цену повышали 127 раз, конкурентами выступали компании Михаила Абызова, Олега Дерипаски и Дмитрия Пумпянского. Имея собственных проектировщиков, можно делать проекты под ключ и выигрывать борьбу за заказы у менее универсальных подрядчиков. «Тендер просто так не выиграешь,—поясняет Суперфин.—Требуются опыт строительства аналогичных объектов, банковские гарантии. Если не уложился всрок или твой энергообъект не обеспечивает планового КПД, попадешь на гигантские штрафы».

Другой совладелец «Евраза»—Роман Абрамович—в металлургии тоже подсчитывает убытки, зато в инфраструктурном бизнесе вот-вот станет крупным игроком. В прошлом году Абрамович создал ЗАО «Инфраструктура». Сначала эта компания за €100 млн заказала угерманской Herrenknecht уникальный тоннелепроходческий щит, который позволяет прокладывать тоннели шириной четыре полосы. Затем приобрела генподрядчиков, умеющих выигрывать тендеры,—ЗАО «Управление “Метростроя”», ПСО «Система-Галс» и компанию «Организатор», строившую Звенигородский радиус в Москве. Благодаря этим приобретениям и новым проектам портфель заказов ЗАО «Инфраструктура» составляет 35 млрд руб. Компания собирается строить метро, делать шоссе-дублер Рублевки, осваивать подземное пространство под Новым Арбатом и др.

ИНФРАСТРУКТУРЩИК

Предприниматель Михаил Абызов—многостаночник. В сфере его интересов—угольная энергетика, девелопмент, свиноводство и др. Но ключевой бизнес— инфраструктурный. 36-летнему Абызову принадлежит группа Е4, в которой работает 25 000 человек. Это крупнейшая инжиниринговая компания в электроэнергетике. И понятно почему. «До 2005г. Абызов был топ-менеджером РАО ЕЭС, руководил операционной деятельностью. Он лично объездил всю страну, видел изношенность основных фондов и понимал, что неизбежно придется их обновлять»,—рассказывает гендиректор Е4 Петр Безукладников. Покинув РАО, Абызов по принципу «лоскутного одеяла» создал Е4. Монтажные тресты и Центральный котлотурбинный институт в Петербурге приобретались на открытом рынке, они никогда не принадлежали РАО ЕЭС. А вот ремонтные активы и Сибирский НТЦ были куплены в ходе распродажи активов РАО. На скупку предприятий, вошедших вгруппу Е4, ушло около 5 млрд руб., из них более 4 млрд руб.—на активы РАО: цены на них взвинтили конкуренты.

Впрочем, внакладе Абызов вряд ли остался. В прошлом году выручка группы Е4 составила 30 млрд руб., а рентабельность энергетического строительства достигает 10-15%. «Еще летом мы ожидали, что в2009 г. увеличим выручку в1,5 раза. Сейчас прогноз более консервативный—что выручка, по крайней мере, не упадет»,—рассказывает гендиректор Е4. Инвестпрограммы формировались, когда ставки по кредитам были 10% годовых иниже. «Сейчас, при ставках больше 20%, только наркотики, проституция и торговля оружием могут давать деньги. Все остальное—просто выгоднее положить деньги на депозит и ничего не делать,—говорит Безукладников.—Собственники генкомпаний не хотят сейчас строить новые мощности. А государство, думая на перспективу, заставляет их это делать ипредоставляет господдержку».

В 2009 г. «вылупившиеся» из РАО ЕЭС компании должны были потратить на строительство новых электростанций исетей около 600 млрд руб. Из-за кризиса инвестпрограмма будет урезана на четверть, до 450 млрд руб. Половина этих денег есть у энергокомпаний, аполовину они, вероятно, будут просить у государства на льготных условиях. Обсуждения методов господдержки запланированы в Минэнерго на февраль. Безукладников подчеркивает, что господдержка в энергетике имеет мультипликативный эффект: «Деньги же не оседают у нас в офисе. Мы заказываем оборудование у “Силовых машин”, Уральского турбинного, нанимаем субподрядчиков. Деньги идут по цепочке, все это превращается в зарплату, налоги, стимулирует подъем экономики».

Весь инжиниринговый бизнес основан на правильной контрактации иуправлении рисками. Надо закупить наиболее подходящее заказчику оборудование, ужать подрядчиков по цене, продать комплексную услугу—как правило, контракт под ключ. При этом все риски несет компания, сейчас они отчасти сбалансированы: импортное оборудование в евро подорожало, зато подешевели цемент и металлоконструкции. Около 10% заказов Е4 связано с акционером: компания строит энергообъекты для принадлежащих Абызову «Новосибирскэнерго» и «Бийскэнерго», использует генераторы его завода «Элсиб».

Абызов также занимается транспортной инфраструктурой. Он глава совета директоров и совладелец «Мостотреста», федерального подрядчика по строительству мостов и дорог. Выручка в2008г.—28 млрд руб. В «Мостотресте» у Абызова влиятельные партнеры, которые помогают загрузить компанию заказами. На паях с Абызовым контрольным пакетом владеют менеджеры холдинга «Н-Транс», где раньше работал министр транспорта Игорь Левитин. 25% акций принадлежит РЖД.

ПЕРЕПЛЕТЕНИЕ И РОСТ

Новый президент США Барак Обама, чтобы спасти экономику от рецессии, обещает многомиллиардные госинвестиции в инфраструктуру. Они должны помочь сохранить рабочие места истимулировать инвестиционный спрос вэкономике. Это актуально и для России. «У нас в инфраструктурной отрасли занято до 15% рабочей силы, а по Сибири и Дальнему Востоку эта цифра еще больше»,—говорит Климов из «Трансстроя». Поэтому и в России правительство продолжает выделять на инфраструктуру огромные деньги. Такими темпами наши инфраструктурные подрядчики со временем дорастут до западных. «Трансстрой», к примеру, хочет стать похожим на французскую Vinci (выручка €30 млрд), а Энергостройинвест-холдинг—на американскую Bеchtel (выручка $27 млрд).

Чтобы вырасти, российские строители инфраструктуры активно диверсифицируются. Е4 помимо электростанций построила угольный порт в Усть-Луге игорно-обогатительную фабрику в Новосибирске. А «Трансстрой» помимо транспортных объектов строит мусороперерабатывающий завод в Сочи (кстати, на свои деньги) и проектирует Хабаровскую ТЭЦ. «Возводя энергообъекты, мы зачастую также прокладывали коммуникации и строили подземные переходы, дороги, дома, —рассказывает Суперфин из Энергостройинвест-холдинга.—Сейчас мы активнее выходим на рынок строительства автодорог и объектов коммунального хозяйства». Идет диверсификация и по географии. ЗАО «Инфраструктура» Абрамовича собирается строить транспортные объекты в Израиле. «Трансстрой» строит автомобильные дороги в Индии и трассу скоростного трамвая в Стамбуле. Е4 возводит и ремонтирует электростанции вВосточной Европе и Ираке.

«Компании инфраструктурного строительства в России будут расти и укрупняться. Первый эшелон составят 4-5компаний, которые будут мощные, многопрофильные и сопоставимые с мировыми конкурентами»,—прогнозирует Александр Суперфин. Инфраструктурным миллиардерам есть куда стремиться. Кто попадет в первую пятерку, может считать себя непотопляемым.

 

Smart Money

02.02.09 в 7:06 раздел Важное

Поделиться новостью:

Подписаться на новостную рассылку: